ЛитМир - Электронная Библиотека

Луис Ламур

Приносящие рассвет

(Сэкетты-6)

Глава 1

Мой брат, Оррин Сэкетт, был такой здоровенный, что мог бы бороться с медведями, а я такого же роста, как брат, но тощий, как говорится, «кожа да кости». Оррин пел как ангел, точнее как настоящий уроженец Уэльса, а там поют даже лучше ангелов. Это понятно — ведь наши деды и бабки приплыли в Новый Свет из Уэльса. Несмотря на большой рост и вес Оррин был на удивление ловким парнем.

В Теннеси, где мы выросли, люди говорили, что я спокойный, Но если выпадал случай подраться, со мной обычно не связывались. Хотя Оррин был сильнее чем я и запросто мог свалить быка, ему не хватало того, чем природа наделила меня.

Может, помните кровавую вражду между Сэкеттами и Хиггинсами? В то время, о котором я рассказываю, мы, Сэкетты, только что покончили с нашими врагами.

Длинный Хиггинс — злой, подлый человек — был последним из своего клана. Он хотел добыть шкуру Сэкетта, имея при себе лишь винтовку для охоты на белок. Длинный Хиггинс давно охотился за Оррином и в тот день ничего не боялся, прекрасно понимая, что Оррин не возьмет оружия на свадьбу, куда его пригласили.

Конечно, Оррин не думал о Хиггинсах, ведь на свадьбе его ждала Мэри Трипп, на которой он хотел жениться, поэтому я решил, что именно мне надо встретить Длинного Хиггинса по дороге к дому, где отмечали торжество. Только я собрался остановить его, как между нами на своей повозке проехал проповедник Майрик, а когда пыль улеглась, Длинный Хиггинс уже держал на мушке моего брата.

Женщины завизжали, Хиггинс выстрелил, но Мэри оттолкнула Оррина и спасла от смерти, сама попав под пулю.

— Длинный!

Он резко развернулся на мой голос, наведя на меня винтовку. Губы его решительно сжались. Длинный Хиггинс хорошо стрелял с бедра и реагировал быстро… Даже чересчур быстро.

Когда я убрал свой старый шестизарядник в кобуру, Длинный Хиггинс лежал в дорожной пыли. Я направился вверх по склону к лесу, и этот путь показался мне самым длинным в жизни, если не считать еще одного, который я проделал много позже.

Ведь на свадьбе мог оказаться Олли Шеддок, а я знал, что если он меня окрикнет, то придется обернуться. Ведь Олли был шерифом и представлял Закон, а к тому же приходился нам дальним родственником.

Когда мама увидела меня, то сразу поняла — что-то стряслось. Мне хватило минуты для рассказа о случившемся. Мама сидела в старом кресле-качалке и пристально смотрела мне в глаза.

— Тай, — произнесла она строгим голосом, — когда ты пристрелил Длинного Хиггинса, он стоял к тебе лицом?

— Смотрел прямо на меня.

— Возьми серого в яблоках, — сказала мама, — он в наших краях самый быстрый. Поезжай на Запад. Найди холмы с хорошей землей и оленями. А потом попроси кого-нибудь написать письмо, и мы с мальчиками приедем к тебе.

Она оглядела нашу захудалую ферму. Как мы ни работали — а мы, Сэкетты, умеем работать, — все равно чего-нибудь не хватало. Жили мы бедно, поэтому мама с тех пор, как умер отец, все время заводила разговор о переезде на Запад.

О тех краях ей часто рассказывал отец, который немало путешествовал и много знал. Он никогда не задерживался дома надолго, но мама все равно любила его, и мы, сыновья, тоже. Отец говорил, как истинный валлийец, и знал много красивых слов. Папа рассказывал о далеких плодородных землях, которые только и ждали, когда туда придут люди и их возделают.

Мама взглянула на меня своими проницательными голубыми глазами. Смотреть в них было тяжелее, чем в глаза Длинного Хиггинса, когда он целился в меня.

— Тай, ты мог бы убить Олли?

Я никому не сказал бы такого, но маме выложил всю правду.

— Мне не хочется этого, потому что мы родственники, но если возникнет необходимость — смогу. Похоже, я стреляю быстрее и точнее многих.

Она вынула трубку изо рта.

— Восемнадцать лет я вижу, как ты взрослеешь, Тайрел Сэкетт, двенадцать из них ты только и делаешь, что упражняешься в стрельбе из револьвера. Когда тебе было пятнадцать, отец сказал, что не видел ничего подобного. Стой на стороне закона, Тай, и никогда — на другой. — Мама поправила одеяло на коленях. — Бог даст, мы снова встретимся на землях Запада.

Я выбрал тропу, ведущую через границу штата на юг, а потом на запад. Олли Шеддок не покинет пределы штата, поэтому я постарался выбраться из Теннесси до того, как холмы укроют сумерки.

Тропа вела через дикие пустынные земли Арканзаса на запад в штат Канзас. Когда я наконец въехал на улицу маленького городка Бакстер-Спрингс, местные жители подумали, что прибыл еще один беглец с гор, который будет помогать им отгонять от этих мест зараженные клещами стада, принадлежащие техасцам. Однако я мечтал не о таком деле!

Техасцы держали свой скот в восьми милях от Бакстер-Спрингс, и я направился туда, не рассчитывая на теплый прием, потому что был здесь чужаком. Обогнув стороной ковбоев, объезжающих стадо, я остановил коня у костра. От запаха пищи потекли слюнки, ведь я не ел дня два, — денег не было, а просить то, за что невозможно было уплатить, не позволяла гордость.

Приземистый, широкоплечий, усатый человек с квадратным лицом окликнул меня:

— Эй! На сером! Чего тебе надо?

— Работы, если имеется. И поесть, если найдется. Меня зовут Тайрел Сэкетт. Я из Теннесси направляюсь на Запад к Рокки-Маунтинс, но если предложите работу, поеду с вами.

Он придирчиво оглядел меня, а потом сказал:

— Слезай с коня, парень, и иди сюда. Еще ни один человек не уходил от моего костра голодным. Меня зовут Белден.

Привязав Серого, я подошел к огню. Около костра отдыхал высокий симпатичный мужчина с золотистой бородой, как у викингов, о которых рассказывал отец.

— Черт побери! — добродушно воскликнул он. — Да это фермер!

— А что в этом плохого? — спросил я. — Ваш живот не был бы сейчас набит бобами, если бы их не выращивали фермеры.

— У нас были неприятности с фермерами, мистер Сэкетт, — пояснил Белден. — Не так давно в перестрелке они убили моего человека.

— Поэтому, — произнес чей-то голос, — может, нам убить этого фермера?

Тот, кто произнес эти слова, прямо-таки нарывался на неприятности. Мне приходилось встречаться с людьми такого сорта. Незнакомец был среднего роста с узким лицом и сросшимися на переносице бровями. Правое плечо его было ниже левого. Если он действительно хотел неприятностей, то выбрал правильный путь.

— Мистер, — сказал я, — если думаете, что сможете убить этого фермера, начинайте в любую минуту.

Он удивленно взглянул на меня поверх пламени костра, видимо, подумал, что я испугался. Моя одежда — старая, залатанная рубашка из домотканого полотна, джинсы, заправленные в грубые сапоги — подтверждала, что я родом с гор. Внешне я ничего из себя не представляю, и только по револьверу можно было определить, что из него выпущена не одна сотня фунтов свинца.

— Хватит, Карни! — резко оборвал его мистер Белден. — Этот человек — гость у нашего костра!

Мне принесли еду, которая пахла так аппетитно, что я моментально опустошил тарелку… А потом еще одну… И проглотил три кружки горячего черного кофе. У нас в горах любят крепкий кофе, но такого я никогда не пробовал: густой и необыкновенно вкусный.

Человек с золотистой бородой наблюдал за мной, а потом сказал мистеру Белдену:

— Хозяин, найми этого парня. Если он работает так же, как ест, из него получится отличный помощник.

— Вопрос только в том, — вмешался Карни, — умеет ли он драться?

У костра все затихли, когда я отставил тарелку в сторону и встал.

— Мистер, я не убил вас до сих пор, потому что, уезжая из дома, дал обещание маме быть осторожнее с оружием, но вы меня уже порядком разозлили.

Карни действительно из кожи вон лез, чтобы вывести меня из себя, и когда он посмотрел мне в глаза, стало ясно, что рано или поздно придется отправить его на тот свет.

1
{"b":"16645","o":1}